Можно спокойно относиться к популярности, особенно, когда ее у вас в избытке

Это ложь и враньё и мы все живем неправильно. Предаем себя с утра, а весь день проходит под знаком лжи. Но можно ли что то изменить? Не думаю, потому что, если б это действительно было возможно, то человечество жило бы праведной жизнью, но оно так не живет, ибо у каждого за спиной ангел и дьявол и нам дан выбор слушать ли ангела своего или дьявола. Но никто не задумывается, и слушает того, чей голос громче, а он порой громче у дьявола...

И играть ли совершенно чужие роли? Жизнь одна и посвящать её тому, что ненавидишь - предательство себя. Рваться в сомнительные, ничего не значащие битвы, забывать о том, ради чего живешь - это свойственно каждому из нас. Всё таки социум - это броуновское движение. Интенсивное движение, на многие километры, а перемещение, совершаемое при этом - едва достигает нескольких миллиметров. Так каждый из нас - носится как угорелый, а толку что?

Я не говорю, что я разочарована во всем мире и в себе, я не говорю, что я поняла, в какой западне оказалась, я не говорю, что я сама себе сплела эту клетку из ивовых прутьев, я не говорю, что всё вокруг чужое и неверное в корне, я не говорю этого - я молчу. Молчание - золото, и только оно может выразить всё то, чего не удается выразить ничтожеством слов.

Жизнь идет, и что она приносит нам? Она приносит нам то, что мы готовы вынести. А вынести как огромное несчастье, так и огромный успех невероятно трудно, и поэтому тяжелую ношу успехов или бед несут лишь единицы, все остальные - смотрят Санту-Барбару.

БС

На чистую воду
Спикер Госдумы Борис Грызлов придумал способ превращения радиоактивной воды в питьевую. Соавтор патента — создатель вечного двигателя, алгоритма беспроигрышной игры в казино и владелец подземной пирамиды Хеопса. Он же — академик семи академий Виктор Петрик. Теперь тандем изобретателей готов обеспечить всю Россию чистой водой — за 15 триллионов рублей

Спикер Госдумы Борис Грызлов придумал способ превращения радиоактивной воды в питьевую. Соавтор патента — создатель вечного двигателя, алгоритма беспроигрышной игры в казино и владелец подземной пирамиды Хеопса. Он же — академик семи академий Виктор Петрик. Теперь тандем изобретателей готов обеспечить всю Россию чистой водой — за 15 триллионов рублей...

На чистую воду


Я читаю о людях, о людях, которые БЫЛИ и пытаюсь забыть о себе: о маленькой девочке начисто лишенной любых личностных качеств, не умеющей ничего и не достигшей ничего, которая из кожи вон лезет лишь бы казаться, и кажется, и порой даже успешно, но это громадная ложь, навечно останется ложью и на ней не удастся построить ничего. Она неистово ищет. Что? Она уже забыла сама. Она разбивается вдребезги и воскресает, и в этом нет уже ничего удивительного, это наскучило не меньше, чем весь её театр, помостки которого она сколотила себе сама. Она даже вылечила сама себя, она уже даже счастлива простым человеческим счастьем, и ей еще больше омерзительно от этого, и она с удвоенной силой презирает себя. 

Мы тут откуда-то взялись и постоянно озираемся. И не понимаем ичего. И так каждый. И каждый находит своё противоядие, ибо главное - это наличие противоядия, а тех, кто его не находит ожидает страшная участь.

Побольше деталей, господа!

Я всё больше читаю о людях, которые БЫЛИ, меня же не было никогда!

Это 
не я, 
Господа!
Это 
не мой 
голос.
Вам 
не найти 
меня,
Я 
вдребезги 
раскололась!

Это 
не я - 
это 
вы,
Смотритесь 
в отраженье.
Не избежать 
молвы
О чужом 
твореньи!

Это 
не я,
Господа,
Ко мне 
не рвитесь.
Не вспоминайте 
меня,
К себе
приглядитесь.

Я уничтожу 
всё то,
Что 
не моим 
было,
И останется 
стон,
И туман 
кадила.

Это
 не я,
Господа,
Я - 
ушла 
навеки,
В золотые года,
В туман 
столетий.

Иногда хочется плакать. От концентрации эмоций внутри тебя. От ощущения мира внезапно наваливающегося на тебя и от ощущения себя в этом мире. От ощущений собственных провалов и от ощущений взлетов. От того, что отчетливо понимаешь, что никто не поймет того, что ты хочешь передать. И это тоже - счастье. Счастье от ощущения собственной цельности и от ощущения собственной бесцельности, и от ощущения собственной бесценности.
Мы не дорожим тем, что имеем. И сожалеем об этом лишь тогда, когда потеряем. И это аксиома философии справедлива во все времена.

Мы растаскиваем мир по кускам. Дробно-кусочный мир в нашей голове - это фрагмент общего мира. Да и есть ли этот ОБЩИЙ мир вообще - непонятно. Если рядом, рука об руку, могут оказаться священник и убийца, то я не могу даже предсавить, ОБЩИЙ мир не существовует на самом деле, так как он бы в миг разорвался с грохотом от бешеного градиента внутри него.

Значит не растаскиваем - создаем мир, но - по кускам.

Вечер выдался серый. Хотелось убить каждого, кто не согласен, кто не со мной и того, кого нет.

Давно не писала в таком виде и понимаю, что писать могу только кому-то и для кого-то. Когда есть слушатели и сцена - я счастлива, если есть сцена, но нет слушателей, то я надеюсь, что настали просто тяжелые времена, что они пройдут и всё станет снова на круги своя, если есть зрители, но нет сцены, я полагаю, что я просто спустилась в зрительный зал, снизошла, и мне тоже хорошо, но когда нет ни зрителей, ни сцены - мне откровенно плохо и я ничего не могу с этим поделать.

Эйнштейн учил, что говорить об источнике вдохновения не правильно. Нужно просто, чтоб он был, этот источник, из которого можно черпать всё, что угодно. А человек, кстати, всегда черпает всё что угодно из мира, которого нет. Я устала повторять, что именно человек творец этого мира, как бы не парадоксально это звучало, но дело в том, что каждый творец в меру своих способностей.

Ступени - это основной закон природы и общества. Ступени позволяют действовать, ступени позволяют ошибаться и исправлять и неисправлять ошибки, ступени позволяют этому миру существовать во всём многообразии несуществования.

Я бы разодрала мир в клочья и подарила тебе тот фрагмент, который интересует именно тебя. Но тебя нет. И каждый раз, как только ты будешь появляться, я буду убивать тебя, ибо априори - ты не тот.

У меня не было ни одного вдохновения, я не могу написать ни строчки, стихов нет и не будет.Я трансформируюсь, становлюсь сильнее, но чувствую хуже.



Всё происходит само.

Нас кто-то ведет за руку, нас кто-то бъет больно, нас хотят уничтожить, но мы не сдаемся.

Я с Богом.

Мы примеряем чужие маски, а после наши лица становятся чужими.

Я разорвала нить.

Нет ничего. И не было.

Я вижу синее небо, а в нем - никого.

Свобода.

Бизнес - это собственная жизнь, только укрупненная!

Жизнь - удивительна!

Ты не помнил, когда ты повзрослел. Иногда складывалость впечатление, что ты проснулся однажды утром и понял, что детство навсегда осталось где-то позади. О нем можно было плакать, сокрушаться, негодовать, но - оно прошло. Раз и навсегда. Ты не помнил как сказка осталась где-то позади. Та самая сказка в которую ты верил, та самая сказка о которой ты мечтал, какую холил и лелеял. Сказка, о которой нельзя забыть, но сказка, которуой больше нет. Также как и нет безупречных людей, авторитетов, идеалов.

Жизнь - удивительна!

Ты не понял, когда ты вдруг перестал получать удовольствие от жизни. Когда постарел, забыл о правде, стал лгать, выкручиваться, искать виноватых.

Жизнь - удивительна.

Ты не помнил когда прекратило приходить вдохновение. Когда жизнь в искусстве трансформировалась в жизнь искусственную .

Жизнь - удивительна.

Творить ты хотел, но уже не мог.

Неужели это конец???

Мне больше не жить как прежде,
Мне больше не быть собой,
Среди ролей и масок грешных -
Нет единственно родной.

Похоже на то, что есть такие, кто очень хочет вырвать из лап судьбы хотя бы один маленький лакомый кусок. Есть такие, кто ищет и не находит. И не найдет - кредит доверия к миру на нулях, отсутствие внутренней стабилизации и постоянная суета. Суета убивающая её обладателя. Агрессия как следствие обиды на жизнь. "Меня жизнь обидела еще больше, чем тебя". Каково? Психология, братцы, и ничего смешного. Пауки всегда плетут свою паутину и ждут, когда жертва умрет. А жертва на то и жертва. Притом убивать её не имеет никакого смысла - нужно создать ей ровно такие условия - не больше и не меньше - чтоб она медленно, но верно шла к своему концу. Молила о пощаде, мучалась, но... Тщетно. Всё зря - паутина держит достаточно крепко и паук блюдет.


Хотя ждать тоже надо уметь. Но дело того стоит. Бесконечная игра людей с людьми. Хотя в руках Бога мы - не более чем марионетки.

"Есть игра - осторожно войти, чтоб вниманье людей усыпить. И глазами добычу найти и за ней незаметно следить. Как бы ни был нечуток и груб человек за которым следят, он почувствует пристальный взгляд в уголках еле дрогнувших губ."

А Сталин играл не меньше. С каждым. Во что превратилась такая игра знают все.

"Сто лет не срок,
И вечность - не стремленье."

БС в квадрате

Молодая французская актриса Одри Тоту затмила по популярности Катрин Денев, Изабель Аджани и Софи Марсо вместе взятых. Правда, теперь ее имя надолго стало тождественным имени Амели Пулен, благодаря ставшему необыкновенно популярным фильму режиссера Жане-Пьера Жене. Саму актрису это злит, но нельзя не признать, что иначе мир вряд ли бы узнал про «маленького ушастого эльфа» – это прозвище ей дал партнер по «Амели» Матье Кассовитц. Ведь актрисы есть и покрасивее, и пообаятельнее, и что уж говорить – посексуальнее.

Тем не менее, флегматичная брюнетка с низковатым лбом заняла прочное место в сердцах именитых режиссеров, и, следовательно (куда им, бедным, деваться) – зрителей. Ее героини тотально, непробиваемо, стопроцентно положительны, хотя и немного странноваты. Правда, поклонники ее безыскусного таланта утверждают, что Одри похожа на свою звездную тезку – Хепберн в лучшие ее годы, а также на знаменитых итальянских актрис Джульетту Мазину и Анну Маньяни.

Сейчас на экраны выходит фильм «Роковая красотка» Пьера Сальвадори, где Одри сыграла девушку, в просторечии именуемую «динамо». Интрига заключается в том, что в нее влюбляется бедный служащий, ошибочно принятый героиней за перспективный материал для разработки. А в следующем году авторы обещают выпустить фильм, в котором Тоту оказана честь сняться в роли великой Коко Шанель – символа Франции двадцатого века.

Итак, что любит и не любит Амели Тоту, то есть Одри Пулен!

Любит животных. «Сначала мне хотелось козу. Но вот наши соседи не захотели, чтобы она паслась повсюду со своими козлятами, и от этой идеи пришлось отказаться. Еще я мечтала о своем тюлене. Ну, и наконец – обезьяны, которых я люблю безумно! Когда мне было лет девять, я обзвонила все зоопарки Парижа в надежде найти для себя хоть одну (безуспешно)».

Любовь Одри Тоту к обезьянам и ее желание стать приматологом муссируются в каждом интервью. Зоология потеряла в ее лице классного специалиста, хорошо хоть кинематограф приобрел достойного представителя – ему крупно повезло, что у Одри в детстве не было козы, тюленя и обезьяны.

Любит живопись и чтение. «Больше всего мне нравятся импрессионисты, период с середины XIX до начала XX века и даже чуть раньше. Недавно прочитала книгу о Дега. А еще я люблю Оскара Уайльда, даже писала работу о нем!»

Приятно, что существуют актрисы, которые читают что-то, кроме статей о себе в таблоидах.

Не любит, когда ее узнают на улицах. «Я говорю это абсолютно искренне – известность не делает меня счастливой. Мне возражают: «Но ведь есть же и плюсы!» И какие же?! Получить в ресторане столик, не заказав его заранее? Спасибо, конечно, но я могу прожить и без этого!»

Как говорится, можно спокойно относится к популярности, особенно, когда ее у вас в избытке. Для чего тогда было идти в актрисы, да еще сниматься в кино?

Не любит бренды. «Я не обращаю внимания на имена дизайнеров, когда покупаю одежду. Никогда не куплю какую-то вещь только из-за ее лейбла. Я чувствую вину перед теми, кто мало зарабатывает, и поэтому из принципа не хочу тратить деньги на дорогие платья. Например, я даже не войду в магазины «Шанель» или «Гуччи». Мир люкса от меня далек».

Интересная позиция – как же можно играть богиню моды Коко, не разу не зайдя в ее магазин?

Не любит спорт. «Это для меня огромная проблема. Я не люблю спорт и занимаюсь им только в случае крайней необходимости».

Даже если ты очень захочешь - тебе никто ни в чем не поможет. Знай это и иди вперед ни смотря ни на что. Это самоорганизация. Если ты не достоин, ты не сможешь перешагнуть это препятствие, а если достоин - перешагнешь.
Как всё просто. Очень просто. И невыполнимо.

Да, я могла бы сейчас начать всё с начала, но я не сделаю. Если ты тогда не почувствовал, то ты не почувствуешь и сейчас. Жизнь-это подлинное искусство. Но ты этого не знаешь. Жизнь-это подлинная откровенность, но ты этого не знаешь.
Поэтому всё остается на своих местах. Главное то, что я ошиблась.
.

Иван Дыховичный: «У меня никогда не было денег. Я никогда не выступал, не просил и не требовал»

Одно из последних интервью

Одной из последних работ Ивана Дыховичного должна была стать картина о жизни Маяковского — картина, которая осталась в голове режиссёра и которую мы, возможно, уже никогда не увидим. Причина проста: финансовый кризис. «Частный корреспондент» публикует одно из последних интервью режиссёра. Подробнее

Дай мне воздуха, Боже, глоток за глотком,
Я еще не погибла.
Дай мне правды сейчас, не потом,
Ни о чем не просила.
Дай мне горы, златые, простые, что есть -
Я сверну их не медля.
Дай мне вечности, громкое ясное "здесь"
Через время!


Я сплющена часто и реже свободна,
Слова перерезали горло, и кровь
Всё хлещет и топит глухое болото -
По каплям делает новь!

Я скомкана часто и это противно,
Я чувствовать силюсь, но мне не понять,
Как можно дышать и работать активно,
И как разучиться стрелять!

Я вырвана с корнем и мне очень больно,
Но мне не вживиться в почву самой,
Мне хочется крыльев, быть хочется вольной,
Но вольной лишь вниз головой!

Я выжата тряпкой, и мне не позволено,
Но трудно по-новой поверить в себя.
Вас всех зачеркнула, чертовски довольна -
И вновь оказалась в "нельзя"!

У порога от чего то выскользнул из рук ключ. То ли от того, что внезапно задрожали руки, то ли от того, что она споткнулась на последней ступеньке, то ли ещё от чего.
Старенький замок, два оборота вправо, тихий скрип, и она провалилась в безграничье своего прошлого. Дверь прикрылась сама, совершенно бесшумно.

Она не помнила как машинально, но не зажигая свет, она закрыла дверь на замок, чтоб почувствовать себя одной, почувствовать, что в этот момент во всем мире нет ни одного глаза, который смотрел бы на неё, чтоб почувствовать себя хозяйкой, вечной хозяйкой этой квартиры и этой жизни. Она присела, в этой грохочущей темноте, на тот самый стул, что оставила она тогда, много лет назад в том самом месте, на котором он и находился сейчас. Она вспомнила, как давно-давно, еще ребенком, этот стул был её любимым. Сколько всего он знал о ней! Чудеса - ни один человек не знал о ней ничего, а этот стул знал всё. Она всегда доверяла вещам, всё самое дорогое, самое трепетное, красивое, тонкое, важное - всё это связано с вещами, которые иногда мы забываем. Так бездарно забываем, заблудившись в собственной ничтожности, в собственном эгоизме, в собственных проблемах. А наши любимые когда-то вещи смотрят на нас и не понимают что же с нами становится, отчего мы так черствеем, отчего мы так дурнем. Хотя мы ссылаемся на наши сложности в жизни. Но кто делает наши жизни сложными, неужели не мы сами? И тогда наши вещи ломаются, чтоб хоть как то привлечь наше внимание. Иногда им это удается. Они же не умают кричать! Хотя если б умели - из их горла вырывался бы безудержный крик, направленный на то, чтоб разбудить нас от бредовых наших снов. Тогда, давно-давно, у этого стула сломалась ножка и она даже  сумела его починить. Но это было сделано машинально, бездушно. Она не понимала тогда ничего. Хотя ей тогда казалось, что она понимает всё, что она на вершине олимпа, что жизнь её грандиозна, она сама грандиозна и негоже думать о вещах, одушевлять их. Антропоморфизм, учила она себя, удел людей из каменного века. Она же - из двадцать первого.

Зачем она вернулась - она сама не знала. Просто поняла внезапно, яркой вспышкой и острым лезвием резанула как по глазам ослепительный снег солнечным январским днем мысль о том, что родина одна. Её можно любить, ненавидеть, признавать и тщательно забывать, презирать, скрывать. Но она есть, она - родина.
Одним щелчком вспыхнул свет. Вот и всё. "Гул затих. Я вышел на помостки, прислонясь к дверному косяку." Пастернак. Стихотворение вертелось в голове. И тоже - её любимое красивое стихотворение, которое она тогда читала ему вслух и знала, что он - её Ангел-Хранитель, который всегда за правым плечом и который только одним своим легким и едва уловимым на чрезвычайно ощутимым присутствием делает её той самой, которой она и является на самом деле. Сборник Пастернака лежал на пыльной тумбочке. Тоже  - пыльный. Всё её, всё, без чего она не может. Без этого нельзя. А тогда, давно-давно, она решила почему-то, что всё, чем она дорожит не стоит этого, что это бессмыслица, глупость, всё стоит бросить, всё перечеркнуть, забыть.Навсегда. Она говорила, что ничего больше её дорого не будет. И она сделала так. До того самого времени, пока на остром лезвии бритвы не пронеслась мысль о том, что она убила сама себя. И она вернулась. Вернулась, потому-то захотелось воли, захотелось свежего воздуха, захотелось правды  и безумно захотелось себя. 

Бывают такие минуты, очень острые, пронзительные, с колоссальной концентрацией духовности, с колоссальной концентрацией себя в себе. Она знала, что в руках её тонкая-тонкая нить, которая объединяет её со всем миром. Она пробовала перерезать эту нить, сжечь, но она всегда возвращалась в её правую руку. Это её нить. Красивая тонкая шелковая нить. Она поняла именно сейчас, что пока она есть, пока она жива эта нить будет в её руках что бы она не делала, а после смерти - она окажется в руках у её Ангела-Хранителя. Только он сможет продолжить её Путь.

За её длинную или короткую жизнь она увидела много лжи и неискренности, много фальши, корысти. Огромное количество пороков и смертных грехов, обладатели которых выдавали эти пороки за личностные свои качества. Ах, как ей было больно видеть весь этот мир-на-ладони в таком омерзительном качестве. Она уже знала, что всё, что она придумает себе станет её истиной. Но как придумать сущность, если она всегда была? Но опрометчиво была забыта. И отчаянно вспомнилась.

Она устала воевать! Так много надо успеть, думала она, а сто процентов времени тратилось на войну. Ошибка, снова ошибка.

И больше не будет войны. Она вернулась!

Прошла в свой кабинет. Там было всё так же. Книги, бумаги, письма, записи, дневники, ежедневники. За каждой строчкой - комплекс ощущений и чувств. Ах, как же она безгранично когда-то любила этот мир. А война всё перевернула, переделала и многое в ней убила. Она боялась, что от неё не осталось прежней лучистой искренности. Боялась. Вспоминать ворох потерянных людей ей не очень хотелось, но она вспомнила и поняла - она не сожалела. Ни об одном "чужом" - она не жалела. А Ангел-Хранитель рядом даже тогда, когда он еле уловим.

Она не любила сплетен, пустой болтовни и ничего не значащих фраз. Хотя она  жила в мире сплетен, пустой болтовни и ничего не значащих фраз. И в этом мире ей приходилось быть такой же пустой, и она даже невзначай привыкла к этому, но вовремя спохватилась. Ангел-Хранитель нашептал ей, что она потерялась и надо повернуть назад. Она бунтовала, била посуду и проклинала весь мир. Но Ангел-Хранитель был терпелив как никогда - и вот она вернулась.

Она не знала, что будет завтра, но она знала, что было вчера.

Она взяла лист бумаги и написала : "Я люблю тебя, Ангел-Хранитель мой!".

Любите искусство в себе, а не себя в искусстве!

Ты не взорвешься, если не взорвешь,
Ты в мир не проронил ни слова,
Не успокоишься и не уснешь,
Ни за себя, ни за другого!


Правда и ложь,
Коктейль без льда,
Юность и старость -
Да? Да!


Что я сумела, что я смогла?
Жизнь - ерунда, смерть - ерунда!


Кровь на снегу,
Вино и снег!
Любовь без ненависти
Навек!

-Привет, давно не заходил
-Да ты и не звала. Тебе не до меня. Совсем заплутала
-Да ладно. Но ты же всё знаешь. И что?
- Сама-то не чувствуешь?
-Чувствую
-И как?
-Плохо
-Сама виновата
-Знаю
-Мудрости в тебе нет
-Мне 22 года только
-А это много!
-Думаешь?
-Уверен
-Но я откровенно глупа
-Умней
-Легко сказать. Я живу озарениями. Вспышками и погасанями. Притом я забываю, что было вчера, и вспоминаю, что было позавчера. Иногда просыпаюсь с памятью об определенном дне своей жизни, лет этак 10-15 назад. После - забываю начисто, а потом вспоминаю и жутко удивляюсь. Я всему удивляюсь. Вот тебя увидела - и удивилась.
-И что?
-Говорю
-Ну говори, говори
-Конечно, ты знаешь, что слова - это пустое. Но только благодаря словам, люди - это люди!
-Да, люди - это ТОЛЬКО люди!
-Хорошо быть богом!
-Трудно быть блогом!

Чужие вечера, в чужих домах, с чужими сигаретами, чужой чашкой кофе, чужом мартини. Такие надломленные вечера, с вечной тяжестью на душе и криком - мыслью застывшей кажется навечно в голове: "Ты ничего не можешь, не умеешь и чудовищно глупа". И ведь это правда! И вот так бы высечь искру кремнем. Вот бы высечь. Ведь придет время и меня спросят, а я не смогу даже заплакать. Раньше надо было - скажут мне сверху, а теперь - отвечай!

Иногда в душе теснятся слёзы. Слёзы из-за разрыва аорты за наш мир. За этот безграничный и всеобъемлющий мир! Боже, ты сотворил нас для счастья! Для того, чтоб каждый нашел в жизни то, что ему по душе и дарил бесконечную радость и свет! Боже! Мы все были когда-то детьми с живыми глазами и живой душой! Я была таким ребенком! А что же случилось потом, что, Боже, если я стала сухой и черствой сволочью, которая готова прокусить глотку каждому, кому она захочет. Боже, ну что же с нами случается, что мы играем в чужие игры и хотим заскочить на подножку уходящего, но нам не нужного трамвая! Ну зачем всё это, зачем? Я буду жить всё время, пока я буду видеть живые и горящие глаза. И у себя и у окружающих. А когда я прекращу их видеть я уйду. Не на века, не на тысячеления, я просто растаю в бесконечности и вернусь туда, откуда всё вышло - в вечность абсолюта. Боже, мне прощения не вымолить даже стоя на коленях, но я знаю, что я виновата и этого достаточно для того, чтоб я смогла сделать выводы такие, какие помогут мне правильно жить дальше.

Обретение себя через отречение от себя. Мало ли загадок в нашем мире? И я вольна! Вольна! Уже вольна!

Определенно можно сказать, что каждый индивид среди обилия других индивидов, с масками из социальных ролей может потерять себя. Просто понять, что жизнь его не его вовсе, что она никогда ему не принажлежала, что ему ничего не приходилось выбирать в этой жизни, что она бессмысленна и, мало того, любой исход событий бессмысленен. Абсолютная потеря себя самого, того самого, который был, и которого не стало. Что это? Духовная смерть? Наверное, каждый человек должен пройти стадии духовного перерождения и возрождения. Кажется, это не самая низкая ступень в развитии индивида.

Однажды я просто проснулась утром и поняла, что меня нет. Не скажу, что это была ультрановость, эта мысль постепенно подкрадывалась ко мне, но вот тем злополучным утром она меня накрыла, как накрывает утренний туман местность и "становится не видно ни зги". Меня нет. "Погиб, к чему теперь рыданья, пустых похвал ненужный хор и жалкий лепет оправданья - судьбы свершился приговор." Я поняла, что я - это "свобода, у которой нет выбора". Я поняла, что я пустой станан, который можно наполнить до краев искрящимся шампанским, можно бросить в грязь, можно заляпать краской, да много еще всяких можно. Меня нет - вот что меня удивляло и убивало. Убивало уже убитую меня. Убитую мною же самой. Неужели я перестаралась однажды в беспрерывных копаниях в себе самой, неужели я просто оборвала ту самую золотую нить, которая связывала меня саму со мной собою. В голове перемешались сотни, тысячи идей. Я вспомнила всю свою жизнь, с самого раннего детства, жизнь без права выбора, просто жизнь, непонятную даже мне самой - что говорить об окружающих, посторонних, чужих. Непонятную - вот в чем горе и вот в чем радость. Я вспомнила сотни и тысячи своих ощущений. На каждое событие, факт, данность - своё ощущение. Я вспомнила их всех одновременно, громом, грохочущими раскатами они заполнили меня - пустой сосуд - свободой. Я вспомнила каждый свой порок, каждый мой поворот головы, который означал одно - ненависть. Глухую, низкую, позорную ненависть, которую я считала единственным и верным движущим фактором моей эволюции. Ненависть и негатив. Когда я разрушила свою гармонию? Когда я позволила себе сделать так, что негативные мысли завладели мной? А теперь, когда я решила навсегда порвать с прошлым, духовным и аккуратным прошлым, грохот сменился спокойствием, которое говорило мне, что я - на верном пути. Была и есть. И ничего менять не надо. Разрушить фундамент нельзя - можно лишь снести дом и на его месте построить новый дом. Но я есть и была и буду, ровно столько сколько мне отпустит Бог. Человеческая глупость, немудрость и наив ходят рядом со мною в ногу толпами, дьявол шепчет на левое ухо о том, что пора бы и мне пойти в ногу с ними. Но я отказалась от этого предложения. Я не хочу никого переделывать.Ко мне в приватность вторгнется лишь тот, кото пущу я, а в приватности других вторгаться не имеет никакой сложности. Связки ключей валяются возле каждого дома и никто еще не удосужился спрятать их.
Ценности. Обилие ценностей, выдуманых нами же самими и заполоняют нас. Раз ступив по своей иль чужой воле на Путь мы не сворачиваем с него. Вернее можем попытаться совершить революцию, но она ни к чему не приведет. "Революция в душе и смерть на завтрак". А после? А после воскрешение тебя самого.
Ценности равноценны - наивный постулат. Попробуйте доказать математику, что интегралы и рифмованные строки равноценны. Попробуйте доказать себе, что ваша семья и семья вашего соседа равноценны. Попробуйте доказать себе что вы, и ваш заклятый враг равноценны.
И всё таки здесь есть какая-то соль. Пусть я её не понимаю пока, но идея равноценных ценностей есть.
Попробуйте прожить жизнь чужого, другого индивида. Попробуйте смотреть на мир его глазами, думать его мыслями, двигаться как он, говорить как он, совершать поступки исходя из "логики оппонента". А для начала определите законы его существования, решите механическую и квантовомеханическую задачу об этом индивиде. Почувствуйте вкус того, что ест он, получите удовольствие от действий, от которых получает удовольствие он, получите отвращение от того, от чего испытывает отвращение он, желайте, что желает он, попробуйте всё это. Вот это и есть отказ от себя. Проживание чужой жизни. Только это не маленькая жизнь на помостках театра, ограниченная продолжительностью пьесы, поклонами под рукоплескания публики и релаксом у себя в гримерной. Это жизнь в роли другого - 24 часа в сутки, семь дней в неделю. Про года не говорю - на такое можно решиться лишь на несколько месяцев. А потом становится вовсе непонятно когда успел сформироваться весь этот комплекс качеств, если еще давно-давно, в раннем детстве, ты вроде бы был точно таким же. Но это только вроде бы. Процесс непрерывности непонятен. Когда вообще ты окончательно становишься собой без "права пересдачи"? Вернее право пересдачи всегда с тобой, но ты к нему не прибегаешь. И никто не прибегает.
Хотя вполне возможно  - осознавать мир сквозь толщу социума, понимая и осознавая, что чужой - это только чужой. Никто и никогда еще не смог стать и собой и не собой одновременно. Да и все мы эгоисты - и ты и я. Что мы любим в других? Частичку себя. А мы вообще любим других или мы только любим себя?
Как долго длится процесс неосознанной жизни для индивида. Когда он наконец осознает всю тяжесть происходящего и выходит за собственные рамки? Когда грохотом чужого мироощущения его сбивает с ног, когда его жизнь перестает быть чудом, дарованным с небес и превращается в инструмент для... А вот для чего? Тут снова каждый придумывает себе сам.
Как вывести общий закон, закон, объединяющий в себе микромир, макромир и общество. Какой закон объединит природное и человеческое? И тут снова сложности. Природа изначально дарует нам бездну таланта, самобытности, гениальности, правды, истины. Мы не знаем об этом, но это знание скрыто в нас. Пока мы не двинулись к нему - мы и не удалились от него! Мы сами по себе истина, правда, талант. Но как только мы начинаем искать, то мы из себя самого по себе, из глаза, который смотрит в мир, превращаемся в глаз, который смотрит в себя. Поэтому мы раздваиваемся - с одной стороны мы объект познания, с другой стороны субъект. И всё это  песочные часы. Чем больше мы объект, тем меньше мы субъект и наоборот. И вот когда мы превращаемся в чистейший познаватель, мы полностью теряем себя. Сосуд пуст. Мы пусты. Это кризис. Духовный кризис и последующее перерождение.
Когда сосуд опустел сам по себе, не под контролем нас и мы это понимаем, то теперь мы сами вольны наполнять и опустошать сосуд. Но нас, тех самых естественных, натуральных, правдивых и искренних нет и никогда не будет. Мы умерли ради жизни. Я УМЕРЛА РАДИ ЖИЗНИ. Это еще одна ступень. Направление неизвестно.

И что будет завтра я не желаю знать
И не пытайся хоть что нибудь предсказать.
_______________________________________

Я не знаю куда всё катится.